Церковь Покровская в Филях
Church of Intercession in Fili
история:
Первые упоминания о приходе в Филях относятся к началу XVII в.
Church was built with funds donated by Lev Kirillovich Naryshkin, Peter the Great's maternal uncle.
В 1916 отмечено 1295 прихожан.
В 1933 под обращением во ВЦИК с просьбой об оставлении храма за верующими подписалось 933 человека.
В 1937 на Бутовском полигоне расстреляны настоятель храма священник Алексий Глаголев, староста М.И.Ястребов и схимонахиня Александра (М.А.Червякова).
В июле 1941 храм закрыт, община упразднена.
Вновь приход образовался и зарегистрирован в 1991.
Вопрос о возобновлении богослужений в нижнем храме возбуждался с 1991.
В 1992 проект постановления о передаче всего храма предложило Управление охраны памятников г. Москвы. Впоследствии святейший патриарх Московский и всея Руси Алексий неоднократно обращался к руководству правительства Москвы и России с просьбой о передаче храма, но неизменно дело тормозилось из-за несогласия Министерства культуры РФ и администрации Музея им. А.Рублева.
Наконец, в 1998 новый министр культуры В.К.Егоров образовал экспертную комиссию, которая на основании заключения специалистов пришла к выводу о возможности проведения богослужений в нижней отапливаемой церкви в течение всего года при выполнении ряда технических условий. На этом основании министр культуры издал приказ от 26 мая 1999 о подготовке нижнего храма к возобновлению в нем богослужений с 1 сентября 1999, выполнение которого по предложенному министром графику сорвано администрацией Музея им. А.Рублева.
В конце 1999 святейший патриарх Алексий повторно обратился к вице-премьеру В.И.Матвиенко с просьбой о передаче нижнего храма и проведении по этому вопросу совещания заинтересованных сторон. Вместо этого по инициативе Министерства культуры Министерство государственного имущества РФ 26 января 2000 распорядилось о закреплении права на оперативное управление всем зданием церкви Покрова Богородицы в Филях за Музеем им. А.Рублева. Музей им. А.Рублева является особо ценным объектом культурного наследия народов РФ. Находящиеся в его оперативном управлении здания музейного значения не подлежат перепрофилированию, что автоматически означало музеефикацию здания церкви и исключало использование нижнего храма приходом в богослужебных целях.
Решение принято без уведомления патриарха, как епископа Москвы, неоднократно обращавшегося с просьбой о возвращении храма, и без согласования с приходом, как юридическим лицом, имеющим определенные претензии на передаваемое музею церковное имущество. Это был волевой, беспрецедентный акт. Министерство культуры показывало, что вопреки закону и сложившейся в прошедшем десятилетии практике поэтапной и постепенной передачи религиозным организациям имущества богослужебного назначения, оно может исключать из этого процесса определенные объекты, руководствуясь не правовыми основаниями, а идеологическими мотивами. Речь идёт о представлениях, формировавшихся в предреволюционную пору в среде творческой интеллигенции и сложившихся в стройную систему взглядов на церковное искусство в эпоху воинствующего атеизма: шедевры древнерусской архитектуры и живописи утратили в наше время свое сакральное и узкоконфессиональное значение, они стали общенациональным и общечеловеческим достоянием, а потому храмы должны быть музеями, а иконы – неотъемлемой частью музейного собрания. Демарш был настолько вызывающим, что третье обращение патриарха было услышано.
22 февраля вице-премьер В.И.Матвиенко выразила согласие с предложением патриарха и поручила Минкульту и Мингосимуществу в десятидневный срок согласовать проект распоряжения правительства.
На совещании 2 марта у заместителя министра государственного имущества Н.А.Гусева было достигнуто согласие всех сторон, проект распоряжения заверен подписями участников, после чего вышло распоряжение правительства.
«Изгнание из храма» - так всерьез озаглавили свою статью журналисты «Сегодня» (31.03.00), судьба памятника предрешена, мрачно заключают они. «Передав церковь в Филях общине, государство обрекло ее на медленное разрушение», вещает «Время» (07.04.00). Директор музея Г. Попов и здесь высказался в присущем ему стиле: Покровский храм – «дедушкины часы», чем чаще мы их будем заводить, тем скорее от них ничего не останется. По мнению А.Комеча, «решение правительства является худшим вариантом» для сохранности памятника. А министр культуры М.Швыдкой даже предсказывает сроки: «нерегламентированное использование памятника приведет к необратимым утратам и его разрушению в течение одного-двух лет» («Коммерсант»).
Что будет с «дедушкиными часами», покажет время, а вот что стало с ними при музейном использовании, уже известно. По поручению экспертной комиссии Министерства культуры, председателем которой был доктор искусствоведения А.Комеч, лаборатория музейной климатологии Государственного научно-исследовательского института реставрации (ГОСНИИР) в январе 1999 провела исследования по температурно-влажностному режиму в памятнике истории и культуры XVII века церкви Покрова в Филях. Специалисты пришли, в частности, к следующим выводам: «значительный прирост температуры и влажности в нижнем храме при экстремальных нагрузках (при открытии выставок и молебнах) объясняется отсутствием вентиляции»; «разброс значений температуры и влажности в разных точках в плане так же свидетельствует о затрудненном воздухообмене в объеме церкви»; «проветривание после службы приводит к снижению параметров в четверике, но практически не оказывает влияния на алтарь, что так же свидетельствует о затрудненном воздухообмене в храме». По верхнему храму исследователи констатировали, что «воздухообмен в здании носит хаотичный характер за счет интенсивной неконтролируемой фильтрации воздуха, вытяжка из верхней зоны отсутствует». В заключении специалистов Центральных научно-реставрационных производственных мастерских (ЦНРПМ) Минкульта по инженерному и технологическому исследованию конструкций и материалов интерьера церкви Покрова в Филях в июне 1999 «отмечена промочка в своде закладной части верхней церкви, причиной которой служат сильные или ураганные порывы ветра, “забивающие” атмосферные осадки в щели, имеющиеся в столярном заполнении оконного проема.
Надо признать, что столярные заполнения не подогнаны к коробкам, что и служит причиной затекания воды через щели в столярные заполнения в интерьер верхней церкви». Специалисты по музейной климатологии ГОСНИИР продолжают: «относительная влажность изменилась в верхнем храме в результате неконтролируемой фильтрации в диапазоне 60-88%», «результаты наших наблюдений показывают, что существуют периоды, когда внутри церкви влажность повышается до 80-90% (весенний переходный и оттепели зимой). При данном обследовании конденсат наблюдался на окнах, следы стока конденсата отмечаются по окнам третьего света и в оконных нишах второго света»; «резкий подъем относительной влажности внутри в период оттепелей свидетельствует о высокой неконтролируемой фильтрации воздуха и о недостаточной защищенности внутреннего объема от наружных метеоусловий»; «учитывая уникальную историко-художественную ценность интерьера верхней церкви, она должна эксплуатироваться со строжайшим соблюдением всех правил эксплуатации неотапливаемых церковных зданий (консервация на зимний период, проветривание по специальной методике, ограничение посещаемости)».
Как раз в нарушение этих правил музей проводил в верхнем храме в марте 1998 съёмки фильма для корейского телевидения. По словам заведующей отдела, в таких случаях сотрудники музея используют для абсорбции влажности сухой лёд. По свидетельству специалистов ЦНРПМ, обследовавших фасады и стены храма, «организация отвода ливневых и талых вод от стен памятника выполнена недостаточно хорошо, а пространство за колоннами, мало того, что недостаточно проветривается, но еще и талая вода оттуда просто не отводится, и, как выше было отмечено, разбивка цветников у стен памятника затрудняет естественный сток воды. Все вышеперечисленное служит причиной замокания кирпичной кладки стен церкви и баз белокаменных колонн, подсоса влаги в кирпичную кладку стен и белый камень баз колонн с соответствующим выходом солей, разрушающих кладочный материал, и, кроме того, избыточное увлажнение стен и баз колонн служит причиной их морозного разрушения, что повсеместно наблюдается в натуре».
Налицо не только просчеты предыдущей реставрации памятника, но и результаты его неквалифицированного хранения музеем.
По слову святителя Филарета (Дроздова), митрополита Московского, «церкви и монастыри по свойству и постоянству их бытия должны быть преимущественными источниками и надежными хранителями древностей».
В наши дни Церковь возвращается к активному участию в культурном строительстве и ожидает понимания и отношения к себе как к надёжному соработнику в общем деле.
Распоряжением правительства РФ № 464-Р от 28.03.2000 нижний храм церкви передан в безвозмездное пользование Московскому патриархату РПЦ.
Верхний храм остаётся в ведении музея.
место:
Москва
Moscow
оформление:
1690...93.
Стиль нарышкинский.
Открытые галереи с живописно раскинувшимися лестницами.
Над четвериком - убывающие в объёме восьмерики.
Двухъярусный храм.
Красный кирпич гладких стен - и белокаменные наличники с тонкими колоннами, над карнизами - барочное кружево "петушиных гребешков" и ажурные кресты над сияющими золотом гранёными главами.
Выдающийся памятник русской архитектуры.
состав:
церковь Нерукотворного Образа Спасителя, верхний храм
church of Saviour the Not made by human hands
церковь Покровская, нижний храм
church of Intercession
святыня:
иконостас {6350}
altarpiece
духовенство:
настоятель о. Алексий Глаголев ( -1937)
предмет с изображением:
посвящённый предмет:
Virgin hram
Рейтинг@Mail.ru